Ольга: «ВИЧ-активисты помогли мне в трудный момент жизни»

Все чаще носителями ВИЧ-инфекции становятся социально адаптированные женщины. Ольга из Нижнего Новгорода рассказала Алексею Лахову свою личную историю о том, как принимает диагноз и живет с ним, как растит дочь и находит отдушину в работе с другими ВИЧ-положительными женщинами.
 
Ольга родилась и выросла в полной семье, но отец, по ее признанию, был домашним тираном. Девочка росла среди криков, оскорблений, побоев. Детские страхи мешали ей, уже повзрослевшей, построить нормальную жизнь с мужем. «После каждого конфликта у меня от страха сердце замирало, хотя он ни разу не поднял на меня руку», — говорит Ольга. В результате — развод. Дальше нормальных отношений не получалось, а каждый конфликт вызывал у молодой женщины желание убежать. И она сбегала.
 
— …Наверное, именно эти страхи толкнули меня в объятия мужчины, который в итоге заразил меня ВИЧ. Свой статус он от меня скрывал. За это я привлекла его к уголовной ответственности, но, в принципе, значительно легче мне от этого не стало. Мое субъективное мнение, что намеренное инфицирование ВИЧ другого человека, — это попытка привязать его к себе. До этого я, конечно, слышала о ВИЧ, но думала, что со мной ничего подобного случиться не может. И этого мужчину я неоднократно спрашивала о том, делал ли он флюорографию, сдавал ли анализы, а он всегда отвечал, что у него все хорошо.
 
Считаю, осознавал ты или нет, что подвергаешь своего партнера риску, ты должен нести ответственность за свое социальное поведение! Я выступаю за уголовное наказание для тех, кто умышленно заражает своих партнеров. Хотя тот факт, что я привлекла этого человека к уголовной ответственности, вызвал большой резонанс и негативную реакцию в сообществе людей, живущих с ВИЧ (ЛЖВ).
 
Какова была ваша реакция на диагноз?
 
— Реакция была одна — страх, ужас, шок, ожидание смерти… Сейчас уже сложно сказать, что я тогда точно чувствовала, да и не хочу особо вспоминать об этом, потому что много работала над собой, чтобы преодолеть все это, принять диагноз. Помню, что у меня не было надежды на чудо, как это часто бывает у женщин, которые только что узнали о своем ВИЧ-положительном статусе. Я сразу понимала, что чудес не бывает.
 
Интуитивно понимала, что мне надо видеть, как выглядит ВИЧ-положительный человек, чем живет, какое у него качество жизни. Часто сталкиваешься с тем, что женщины боятся идти в группы самопомощи из-за страха встретить кого-то знакомого. У меня было наоборот — мне надо было видеть человека с положительным ВИЧ-статусом. Некоторые активисты помогли мне систематизировать всю информацию о ВИЧ, отделить зерна от плевел, делились своим опытом жизни с ВИЧ, просто подали руку в трудный для меня момент жизни. Мой психолог, руководитель женского кризисного центра в нашем городе, тоже мне очень сильно помогла.
 
Возникает ли какое-то непонимание, настороженность со стороны врачей, коллег, знакомых?..
 
— Как ВИЧ-позитивная женщина, я, по большому счету, не сталкивалась с проблемами из-за своего статуса. При этом я обращалась в медицинские заведения, мне делали операцию (естественно, я ставила доктора в известность о статусе), и отношение врачей было очень хорошим. Считаю, что многое зависит от самого пациента.
 
Я работаю индивидуальным предпринимателем, поэтому по работе с раскрытием статуса не сталкивалась. Также преподаю в университете, там не знают, что я ВИЧ-положительная. Готовлюсь рассказать дочери, что абсолютно безопасного секса не бывает, и что ее мама — ВИЧ+. Ей 10 лет, она веселый, коммуникабельный ребенок. Мы предпочитаем путешествовать, можем в выходные сесть в машину и уехать в Москву в зоопарк. Ходим в кино, в театры, на выставки, вместе посещаем художественную студию. В принципе, готова открыть свое лицо. Но боюсь, что дочь будут дискриминировать, наше общество еще не совсем свободно от стереотипов в отношении ВИЧ-положительных людей.
 
Под влиянием социальных стереотипов человек с ВИЧ начинает приписывать себе нежелательные качества. Негативная самооценка, чувство стыда и собственной ничтожности, самоосуждение серьезно препятствуют терапии ВИЧ…
 
— Самостигма для меня — самая большая проблема. К сожалению, пока у меня нет конкретной схемы по избавлению от нее, я не готова давать какие-то конкретные советы, потому что процесс работы над собой у меня в самом разгаре. Но она есть, в частности, у меня в голове укоренилось представление, что мой партнер будет только ВИЧ-положительным. Может быть, впоследствии это представление изменится.
 
Отчасти справиться с самостигмой помогает общественная работа. Кроме того, она дает возможность для самореализации — я человек с очень активной жизненной позицией. Во-вторых, завязываются важные и очень приятные знакомства. Все же активисты, значит, лидеры, это интересное общение, новый опыт, компетентное мнение… В-третьих, придерживаюсь девиза «не смотри, кому лучше, смотри, кому хуже». Я предпочитаю работать с женщинами, так как они более уязвимы.
 
Что бы вы сказали женщинам, которые только узнали о своем ВИЧ-положительном статусе?
 
— Хотела бы пожелать им сил и терпения пройти через принятие диагноза, понять, что жизнь не кончилась, а просто изменилась, и обязательно обращаться к специалистам и равным консультантам. Возможно, это испытание дано мне не просто так. Благодаря своему ВИЧ-статусу я познакомилась с прекрасными людьми, научилась получать удовольствие от каждого прожитого дня. И еще: если партнер заразил вас намеренно и вы можете это доказать, не бойтесь отстаивать свои права в суде».
 
Источник: «РИА Новости«.
 

Читайте также