Подпишитесь на рассылку E.В.А. и оставайтесь в курсе событийПодписаться

«Человек, которого я консультирую, — это, прежде всего, человек, попавший в беду»

О профилактике ВИЧ среди потребителей наркотиков в Тюменской области

С октября 2018 «Е.В.А.» реализует проект «Профилактика ВИЧ-инфекции с фокусом на людей, употребляющих наркотики», поддерживаемый Фондом Элтона Джона, в Оренбургской, Тюменской и Ленинградской областях. Мы уже рассказывали об опыте реализации проекта в Оренбургской и Ленинградской областях. В этот раз нам удалось встретиться с теми, кто занимается профилактикой ВИЧ среди наркопотребителей в Тюменской области. Публикуем небольшое интервью.

UPD: Интервью с участниками проекта проводилось до введения в России мер по противодействию распространения короновируса. Сейчас участники проекта оказывают помощь клиентам в удаленном формате.

Наталья Устюжанина, координатор проекта в Тюменской области
Наталья Устюжанина, координатор проекта в Тюменской области

Участники: Наталья – региональный координатор проекта, Михаил – аутрич-специалист, Сергей – аутрич-специалист.

— Для кого этот проект?

Наталья: Проект направлен на людей, употребляющих наркотики, а также на людей, которые находятся с ними в близком контакте. Мы тестируем, консультируем, доводим до СПИД-центра людей, чей тест на ВИЧ показал положительный результат.

— Кто сейчас работает в проекте?

Наталья: В моей команде 6 человек: я (координатор), социальный работник и 4 аутрич-специалиста. Еще у нас есть доверенный врач в СПИД-центре, который всегда с нами на связи, отвечает на наши вопросы. Есть договоренность, что наших клиентов врач принимает вне очереди.

— Где вы находите свою аудиторию?

Наталья: Мы тестируем в разных местах – и в офисе, на группах АН, и в реабилитационных центрах. Еще работаем в уголовно-исполнительной инспекции (УИИ). Здесь отмечаются условно осужденные или освободившиеся из мест лишения свободы. И конечно, «сарафанного радио» никто не отменял — есть знакомые, соседи, окружение в так называемых неблагополучных районах.

Михаил: Мне кажется, большой плюс проекта – это возможность работы в группах АН и АА. Люди их этих групп часто уходят в активное употребление. Налаживая контакт с ними, мы получаем доступ к местам употребления, что сейчас сделать совсем непросто, и привлекаем в проект больше потребителей наркотиков.

— Кто чаще обращается в проект – мужчины или женщины?

Наталья: Однозначно мужчины. Михаил сейчас тестирует женщин, употребляющих наркотики. Они позиционируют себя как секс-работницы. Здесь мы столкнулись с большими сложностями в доведении выявленных женщин до СПИД-центра.

Михаил: Мы делали основной упор на работу с реабилитационными центрами и группами АН и АА. Сейчас мы только начинаем тестировать и консультировать секс-работниц. Думаю, что сейчас нам нужно время, чтобы войти в доверие.

Михаил, аутрич-специалист проекта

— Расскажите, пожалуйста, подробнее об опыте работы с УИИ. Знаю, что в Выборге также взаимодействуют с уголовно-исполнительными инспекциями, но опыт не слишком эффективный.

Наталья: У нас схожая ситуация. Народу немного, выявляемость небольшая. Тестировались люди тоже по началу неохотно. Потом, видимо, рассказали друг другу, что у нас можно получить презервативы, и процесс пошел бодрее. С доведением тоже есть сложности: если с первого раза контакт установить не удалось, в следующий раз человека можно увидеть, только когда он опять придет отмечаться.

Сергей: Кроме того, в УИИ иногда приходят люди в активном употреблении. Они стремятся поскорее уйти, чтобы «не спалиться».

Наталья: Я думаю, тут еще дело в доверии. Люди опасаются, что если их сейчас в УИИ выявят как ВИЧ-положительных, об этом сразу расскажут во всех структурах.

— Есть ли у вас в проекте мотивационные пакеты?

Наталья: Да, стандартная раздатка в подобных проектах – стерильный инструментарий и презервативы. И это востребовано у людей в активном употреблении. Однако у нас возник вопрос насчет работы в реабилитационных центрах – что мы там можем предложить людям, чтобы привлечь в проект? Мы знаем, что в центрах востребованы вещи первой необходимости – носки, щетки, пасты, бритвы. Не всех родственники поддерживают, а срок реабилитации длительный. Поэтому для тех, кто находится на реабилитации, мы формируем пакет по потребностям.

— Как происходит доведение до СПИД-центра людей, выявленных в реабилитационных центрах? Коллеги из Оренбургской области рассказывали, что сталкивались с серьезными проблемами в этом вопросе из-за того, что в центр приезжают люди из разных регионов.

Наталья: Сейчас в Тюменской области действует Приказ о том, что любой гражданин РФ может получить обследование врача-инфекциониста, сдать анализы на иммунный статус и вирусную нагрузку и получить терапию вне зависимости от регистрации. Вопрос по лечению мигрантов приходится решать индивидуально.

— Сколько реабилитационных центров участвует в проекте?

Наталья: Вообще в Тюменской области очень много реабилитационных центров — более 30. По системе «12 шагов» работает не более 10, а остальные я лично считаю социальными гостиницами, а не реабилитационными центрами. Есть один протестантский центр, с которым мы сейчас налаживаем сотрудничество. Кроме того, мы тестируем в государственном реабилитационном центре, где очень большая проходимость и высокая выявляемость.

— Как вы думаете, что главное в проекте?

Сергей: Главное в нашей работе – это принцип равенства. Для меня человек, которого я консультирую, — это, прежде всего, человек, попавший в беду, вне зависимости от его убеждений, его поведения или сексуальной ориентации.

Как помочь